вторник, 4 ноября 2014 г.

Навечно в памяти народной. День народного единства

 «История назвала Минина и Пожарского спасителями Отечества: отдадим справедливость их усердию, не менее и гражданам, которые в сие решительное время действовали с удивительным единодушием». Н. Карамзин



В библиотеке для читателей ко Дню народного единства прошел информационный час «Навечно в памяти народной», оформлена книжная выставка «История Москвы».


День народного единства отмечается 4 ноября, праздник был учрежден в 2005 году в память о событиях 1612 года, когда народное ополчение под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского освободило Москву от польских интервентов.

Исторически этот праздник связан с окончанием Смутного времени в России в XVII веке. В 1612 году народное ополчение во главе с нижегородским купцом Кузьмой Мининым и князем Дмитрием Пожарским одолело штурмом Китай-город, в котором находился гарнизон войск Речи Посполитой и прогнало польских интервентов из Москвы. Князь Дмитрий Пожарский вошёл в Китай Город с Казанской иконой Божьей Матери и поклялся построить храм в честь этой победы. В 1630-е годы на Красной площади появился Казанский собор, которые некоторые историки считают обетным.

С тех пор по указу в 1649 году царя Алексея Михайловича на Руси отмечается Празднование Казанской иконе Божьей Матери (в память избавления Москвы и России от поляков в 1612 году). С приходом советской власти традиция отмечать освобождение Москвы прервалась. 29 сентября 2004 Патриарх Московский и всея Руси Алексий публично поддержал инициативу Думы установить празднование 4 ноября. «Этот день напоминает нам, как в 1612 году россияне разных вер и национальностей преодолели разделение, превозмогли грозного недруга и привели страну к стабильному гражданскому миру», — заявил Патриарх Алексий.

Битва за Москву (эскиз панорамы)
Ополчение Минина и Пожарского уникально тем, что это единственный пример в истории России, когда судьбу страны и государства решил сам народ без участия власти. Последние гроши отдавал простой люд на вооружение и сам шёл освобождать свою столицу и страну. Шёл без указки царя, шёл не по принуждению, а по доброй воле (Романовых тогда ещё не было, а Рюриковичей не было уже). Наши предки шли воевать за свою землю, и они победили!

К началу XVII века в Российском государстве наступило так называемое Смутное время. Под именем убиенного царевича Дмитрия объявился первый русский самозванец – Гришка Отрепьев, беглый монах московского Чудова монастыря. Заговорщики убили сына Бориса Годунова, Федора, и его мать. Едва успели расправиться с Гришкой, как вместе со всяким вооруженным сбродом, явился второй самозванец – еще один Лжедмитрий. В стране разразился династический кризис. Москва лежала в руинах, многие города были разрушены и сожжены, в Угличе сломаны все мосты. Воспользовавшись бедственным положением в стране, на нее пошли войной поляки и шведы.
Состояние русского государства в 1611-1612 годах стало катастрофическим. Армия польского короля Сигизмунда захватила Смоленск. В Московском Кремле уже стоял польский гарнизон. Шведы захватили все побережье Финского залива и Новгород. Вся западная часть государства оказалась фактически оккупированной. В стране процветало мародерство, организованная и обычная преступность. По стране свободно рыскали иноземные и местные шайки, грабившие население. Высшее руководство оказалось в плену или на стороне захватчиков. Государство осталось без реальной центральной власти. «Еще немного - и Россия сделалась бы провинцией какого-либо западноевропейского государства, как это было с Индией», - писал немецкий исследователь Шульце-Геверниц.

В этот тяжелый для страны момент огромную роль сыграло русское духовенство. Под руководством игумена Троице-Сергиева монастыря архимандрита Дионисия, впоследствии канонизированного Русской Православной Церковью, монахи стали призывать русский народ к ополчению для того, чтобы изгнать врагов земли русской, прежде всего шляхтичей. Аналогичные воззвания и грамоты рассылал и патриарх Гермоген, множество других священников ходило по городам и деревням, призывая народ к освобождению страны. Церковное, особенно монастырское, слово имело тогда огромный авторитет.

Песков М.И. «Воззвание Минина к нижегородцам»
Одна из грамот патриарха Гермогена попала в Нижний Новгород, в руки земского старосты Козьмы Минина (Сухорука). Был он простым происхождения невысокого, но человеком был набожным, умным и энергичным. А главное – был большим патриотом. Призыв церкви к ополчению был им услышан, он немедленно приступил к делу и стал собирать людей. «Люди нижегородские! Не обессудьте, что в будний день велел звонить в колокола, что созвал вас, да сроки не терпят. Вы видите конечную гибель русских людей. Видите, какой позор несут русскому народу поляки. Не всё ли ими до конца опозорено и обругано? Где бесчисленное множество детей в наших городах и селах? Не все ли они лютыми и горькими смертями скончались, без милости пострадали и в плен уведены? Враги не пощадили престарелых возрастом… Проникнитесь же сознанием видимой нашей гибели, чтобы нас самих не постигла такая же участь… Без всякого мешканья надо поспешать к Москве… Если мы хотим помочь государству, то не пожалеем жизней наших, да не только животов… чтобы спасти Отечество. Дело великое, но совершим его. Я знаю — как только мы на это поднимемся, другие города к нам пристанут, и избавимся от чужеземцев…». После речи своей Минин вынес принадлежавший ему ларец, окованный железом, и первым объявил: «Вот моя доля. Всё, что скопил, отдаю на рать». Ни один человек не возразил против того, чтобы внести в общую казну денежный или вещественный взнос. Население не только Нижнего Новгорода, но и других городов отдавало на ополчение от 1/5 до 1/3 своих доходов. Руководить ополчением пригласили князя Дмитрия Пожарского. Минин собирал пожертвования, объясняя народу, куда пойдут их деньги, став практически финансовым директором ополчения.

В 1612 г. ополчение двинулось к Ярославлю, устанавливая в северо-восточных районах страны свою власть. Оно состояло преимущественно из служилых людей Северо-Восточной Руси. Ополченцы не пошли сразу на Москву, а остановились в Ярославле, чтобы укрепить тылы и расширить базу своего движения. Но вскоре им стало известно, что к столице на подмогу польскому гарнизону идет крупный отряд гетмана Ходкевича. Тогда Пожарский заторопился к Москве. Подойдя к столице, ополчение (примерно 10 тыс. чел.) заняло позиции близ Новодевичьего монастыря, на левом берегу реки Москвы. На правом берегу, в Замоскворечье, находились казачьи отряды князя Трубецкого (2,5 тыс. чел.). Вскоре к столице приблизился отряд Ходкевича (до 12 тыс. чел.), с которым ополченцы вступили в бой у Новодевичьего монастыря. Постепенно поляки оттеснили ополченцев к Чертольским воротам (район улиц Пречистенка и Остоженка). В этот критический момент боя часть казаков из лагеря Трубецкого переправились через реку, атаковали отряд Ходкевича, который не выдержал натиска свежих сил и отступил к Новодевичьему монастырю. Разгорелось решающее сражение. Наиболее жестокий бой завязался за Климентовский острог (Пятницкая улица), который не раз переходил из рук в руки. В Замоскворечье с левого берега реки переправился отряд во главе с Мининым (300 чел.). Неожиданным ударом во фланг он атаковал поляков, внеся замешательство в их ряды. В это время русская пехота, засевшая в развалинах Замоскворечья, также поднялась в атаку. Этот двойной удар решил исход сражения. Ходкевич, потеряв в трехдневных боях половину своего отряда, отступил от Москвы на запад.
Окружив плотным кольцом Китай-город и Кремль, ополченцы начали их общую осаду. Осада затянулась на два месяца. Ратники забрасывали ядрами из осадных пушек гарнизон, засевший в Кремле. Поляки не хотели сдаваться. Уже томимые невыносимым голодом, но, ещё не понимая, что обречены, они надеялись на помощь короля Сигизмунда.
Когда выпал снег и осаждённым уже не хватало сил подниматься на стены, им оставалось либо умирать от голода, либо начинать вести переговоры о сдаче. Ополченцы требовали безоговорочной капитуляции. Поляки выговаривали себе всяческие уступки. Осада слишком затянулась. Народ ударил в колокола, и возмущённые ополченцы и казаки единым приступом захватили Китай-город. Часть гарнизона поляков, оставшихся в живых, перешла в Кремль.
Поляки, убедившись в бесполезности дальнейшей борьбы, вступили в переговоры о своей сдаче. Штурм Кремля на этот раз оказался практически не нужным, настолько слабы от голода были осаждённые в нем. После взятия Китай-города, был подписан договор. В нем оговаривалось условие — сохранить пленным захватчикам жизнь, если бояре, которые были с ними, вернут в русскую казну государевы и земские ценности.
Когда поляки и изменники, включая будущего царя, выходили из Кремля, собравшиеся на Красной площади люди рвались их растерзать за то, что эти предатели привели поляков в Москву. Только благодаря князю Пожарскому, не допустившему расправы, они остались в живых. Трудно понять, чем руководствовался Пожарский, отказавшись от преследования бояр-предателей, но именно этим и были созданы предпосылки для развития всех последующих событий. В этот период вся власть была в руках триумвирата, состоящего из Пожарского, Трубецкого и Минина, но реальным главой государства был князь Дмитрий Пожарский. Естественно, что он и должен был формально возглавить страну. Но князь Пожарский совершил свою основную и самую непростительную ошибку – распустил ополчение, оставив в Москве только несколько своих отрядов. С этого момента главной военной силой в столице стали казачьи отряды князя Трубецкого. Главной задачей в этот период стало избрание нового руководителя государства.
Дмитрий Пожарский вместе с князем Трубецким возглавил временное правительство. Начиная с 1628 г. в течение почти трех лет Дмитрий Михайлович был воеводой в Новгороде. Минину, новый царь Михаил Романов пожаловал звание думного дворянина и наградил вотчиной — селом Богородским в Нижегородском уезде. С 1613 г. герой нижегородского ополчения жил при царском дворе, участвовал в заседаниях боярской Думы. 20 января 1616 г. по возвращению из Черемисских земель Минин скоропостижно скончался. Его похоронили на одном из кладбищ Нижнего Новгорода. Затем прах перенесли в усыпальницу Спасо-Преображенского собора. До середины XIX в. центральное место на гробнице занимала надпись — «Избавитель Москвы — Отечества любитель». Сейчас собор разрушен. Ныне прах находится в Михайло-Архангельском соборе кремля.
Подвиг гражданина Минина и князя Пожарского золотыми буквами вписан в историю России. Их имена всегда ассоциировались с истинным патриотизмом и самоотверженностью. Не случайно в сложные для страны периоды память о героическом ополчении поднимала россиян на новые подвиги.



Благодарные потомки по достоинству оценили вклад Минина и Пожарского в дело освобождения Отечества и воздвигли героям монумент на главной площади страны. Первоначально памятник планировали установить еще в 1812 г. к 200-летию героических событий, но этому помешала война с Наполеоном. И лишь в 1818 г. на деньги собранные в складчину, работа скульптора И. Мартоса была установлена в самом центре Красной площади. Однако в 1930 г. памятник посчитали помехой для праздничных демонстраций и перенесли его ближе к собору Василия Блаженного, где он стоит и поныне.

Ушли в историю года,
Цари менялись и народы,
Но время смутное, невзгоды
Русь не забудет никогда!

Победой вписана строка,
И славит стих былых героев,
Поверг народ врагов-изгоев,
Обрел свободу на века!

И поднималась Русь с колен
В руках с иконой перед битвой,
Благословленная молитвой
Под звон грядущих перемен.

Деревни, села, города
С поклоном русскому народу
Сегодня празднуют свободу
И День единства навсегда!
Наталья Майданик

Комментариев нет:

Отправить комментарий