пятница, 8 ноября 2013 г.

«Вспоминайте меня, вспоминайте, я за правду, за вас воевал...». 125 лет со дня рождения Нестора Махно, украинского повстанческого атамана


7 ноября 1888 года в Гуляйполе родился Нестор Иванович Махно (Батько Махно) – организатор и руководитель повстанческого движения на юге Украины во время гражданской войны 1918-1922 гг., человек-легенда, который всегда шёл своим путём, не смотря на авторитеты и «генеральные линии».

Кони версты рвут наметом,
Нам свобода дорога,
Через прорезь пулемета
Я ищу в пыли врага.

Застрочу огнем кинжальным,
Как поближе подпущу.
Ничего в бою не жаль мне,
Ни о чем я не грущу.

Только радуюсь убойной
Силе моего дружка.
Видеть я могу спокойно
Только мертвого врага.

У меня одна забота,
Нет важней ее забот...
Кони версты рвут наметом,
Косит белых пулемет.
Н. Махно


Существует легенда, что на священнике, крестившем Нестора Махно, от свечей загорелось одеяние. По народному поверью это означало, что родился разбойник, каких свет не видывал. Отец, Иван Махно, записал дату рождения сына годом позже, что в будущем уберегло Нестора от смертной казни. С раннего детства Нестор и четверо его братьев остались на попечении матери. Это было тяжёлое, голодное время. Нестор начал работать сызмальства, гонял на молотьбе волов у богатых хуторян, подрабатывал выпасом скота. В 16 лет устроился чернорабочим на гуляйпольский чугунолитейный завод.

Осенью 1906 года Нестор Махно вступил в группу анархистов, промышлявшую грабежами. С грабежей ячейка анархистов перешла к убийствам. Махно поймали и уже готовы были повесить, но из-за малолетнего возраста заменили смертную казнь каторгой. Отцовская дальновидность продлила сыну жизнь.
Школа каторги заменила Нестору университет. Он шёл по политической статье и всеми правдами и неправдами добился того, чтобы отбывать каторжный срок вместе с политическими. В бутырской тюрьме была хорошая библиотека, да и новые знакомые были людьми образованными – теорию анархизма Махно закрепил именно в застенках. По его словам, в тюрьме он прочитал всех русских писателей, начиная с Сумарокова и заканчивая Львом Шестовым. Несмотря на пристрастие к литературе, нрав Нестора не слишком изменился. Он был из буйных заключенных – поэтому большую часть срока Махно отбывал в кандалах.
Вернувшегося Нестора ждали его товарищи анархисты, которым хотелось не только теории анархизма, но и практического ее освоения. Нужен им был только лидер. Таким лидером и оказался уже возмужавший и набравший «политический вес» Нестор Махно. Нестор ушёл с головой в дела  ячейки. Махно занял целых пять руководящих должностей сразу. С теорией анархизма это сочеталось слабо, точнее не сочеталось никак, но Нестор объяснял своё рвение к порядку и даже диктатуре тем, что анархию нужно подготовить, так, с кондачка идеального анархистского государства не сотворить. Он ездил на съезды делегатов, работал в коммуне и понемногу разочаровывался в революции. Он видел, что на месте раскулаченных «буржуйских» хозяйств процветает разруха и беспредел, видел, что к свободе люди пока не готовы.
Оккупация Украины немцами и австро-венграми в результате «позорного» «Брестского мира» возмутила Махно. Он доехал до самого Ленина, Сведлова и Кропоткина, но правды у них не нашёл. «Нет партий, – сокрушался тремя годами позже Батька, а есть кучки шарлатанов, которые во имя личных выгод и острых ощущений… уничтожают трудовой народ». По фальшивым документам Махно вернулся в Гуляйполе. Его хату сожгли, двух братьев замучили и расстреляли австро-венгры. В сентябре 1918 года Махно дал первый бой. Махно совершал дерзкие сокрушительные атаки на имения и хутора немцев, убивал и немцев и офицеров армии номинального правителя Украины гетмана Скоропадского. Кровь лилась рекой, но отряды Махно пользовались поддержкой местного населения, простой люд Нестор не трогал. Он был практически неуловим. Ядро отряда составляла небольшая мобильная группа, для крупных операций Махно собирал добровольцев, которые по окончании «дела» расходились по хатам, а Нестор исчезал – до следующего раза.

Проклинайте меня, проклинайте,
Если я вам хоть слово солгал,
Вспоминайте меня, вспоминайте,
Я за правду, за вас воевал.

За тебя, угнетенное братство,
За обманутый властью народ.
Ненавидел я чванство и барство,
Был со мной заодно пулемет.

И тачанка, летящая пулей,
Сабли блеск ошалелый подвысь.
Почему ж от меня отвернулись
Вы, кому я отдал свою жизнь?

В моей песни не слова упрека,
Я не смею народ упрекать.
От чего же мне так одиноко,
Не могу рассказать и понять.

Вы простите меня, кто в атаку
Шел со мною и пулей сражен,
Мне б о вас полагалось заплакать,
Но я вижу глаза ваших жен.

Вот они вас отвоют, оплачут
И лампады не станут гасить...
Ну, а батько не может иначе,
Он умеет не плакать, а мстить.

Вспоминайте меня, вспоминайте,
Я за правду, за вас воевал...
Н. Махно. 1921 г.
После падения правительства Скоропадского, на смену гетманщине пришла петлюровщина. Гуляйполю удавалось сохранять независимость и от Петлюры, и от большевиков. Жилось махновцам вольготно, но и об «общественной нагрузке» Махно не забывал: в Гуляйполе восстанавливались коммуны, строились школы, культпросвет давал спектакли. Большевикам этот «анклав свободы» не нравился, но не признавать силы Махно большевики не могли. Нестор Иванович получил один из первых орденов Боевого Красного Знамени за его знаменитый рейд по тылам Белых армий, что дало Красным возможность собрать силы и перейти в осеннее контрнаступление 1919 года. Деникин бросал в бой против Махно своих лучших генералов, но безуспешно. Генерал Яков Слащёв, талантливый военачальник, (прототип генерала Хлудова в пьесе М. Булгакова «Бег») признавался, что его мечта – воевать как Махно.
Батько Махно был опасен «диктатуре пролетариата» своей вольностью. В итоге, было принято решение о полном уничтожении махновцев. Махновца Каретникова вызвали к Фрунзе и расстреляли, а части махновцев попали в окружение Красных в Крыму. Из бойцов, пробивших заслон сил красноармейцев, к Батьке вернулось не больше половины.

Я в бой бросался с головой,
Пощады не прося у смерти,
И не виновен, что живой
Остался в этой круговерти.

Мы проливали кровь и пот,
С народом откровенны были.
Нас победили. Только вот
Идею нашу не убили.

Пускай схоронят нас сейчас,
Но наша Суть не канет в Лету,
Она воспрянет в нужный час
И победит. Я верю в это!
Н. Махно. 1921 г.
Дни Махно были сочтены, но ему удалось пробиться к Днестру, 28 августа 1921 года он ушёл оттуда в Бессарабию. Последние годы жизни Нестор Махно прожил в Париже, активно занимался пропагандой идей анархизма, издавал брошюры, продолжал писать стихи. Одновременно работал в типографии, на киностудии, в сапожной мастерской.
В память о гражданской войне носил Нестор Махно на теле четырнадцать ран, а в глаза смерти бесстрашно смотрел бесчисленное множество раз. Но принять смерть суждено было ему не в бою, а на казенной койке убогого лазарета в Париже 6 июля 1934 года…

Одно из последних стихотворений Н. Махно

К судьбе претензий нет, что стал больным.
Надломленным и лишним человеком.
И приравнялся к остальным
На ладан дышащим калекам.

И вместе с ними, не спеша
в последний раз вздохну несмело,
И в тот же миг моя душа
покинет загнанное тело.
К судьбе претензий нет, во всём виновен…
Н. Махно. Париж. 1934 г.

Комментариев нет:

Отправить комментарий